ЦЕРКОВЬ СВТ. НИКОЛАЯ ЧУДОТВОРЦА И СВ. ВМЧ. ДИМИТРИЯ СОЛУНСКОГО. Салоники, Греция

Ρωσικός ναός Αγίων Νικολάου και Δημητρίου στην Θεσσαλονίκη

Церковь свт. Николая Чудотворца и св. вмч. Димитрия Солунского. Салоники, Греция.

В Харилау, одной из окраин Салоник, среди новостроек стоит храм, облик которого отличается от остальных церковных построек города, выдержанных преимущественно в неовизантийском стиле. От оживленной современной улицы он отделен высокими стилизованными воротами, которые увенчаны маковкой с восьмиконечным крестом. Чрезвычайно простые геометрические формы здания напоминают о его необычной судьбе.

Со времени Первой мировой войны в Харилау находился лагерь, где в 1920–1960-х проживали русские беженцы. Они-то и устроили для себя в одном из бараков церковь. Ныне из всего комплекса уцелела только она, значительно, конечно, переделанная и благоукрашенная, но все же хранящая память о «русском исходе» и о русской жизни в Салониках.

Беженцы из России стали прибывать в город в 1920 — первая партия насчитывала две тысячи человек. Для «левкороссос», т. е. «белых русских» (главным образом военных Добровольческой армии, казаков и их семейств), был отведен бывший лагерь войск Антанты, который стал называться «Русским лагерем». В то же время в Грецию, после тяжелого поражения от Ататюрка, из Малой Азии хлынули сотни тысяч греков-репатриантов. Несмотря на эту трагедию страна попыталась оказать посильную помощь и русским. Большую роль при этом сыграла греческая Королева Ольга, дочь русского вел. кн. Константина Константиновича.

Поначалу жителей лагеря окормляла маленькая домовая церковь вмч. Димитрия Солунского при Русской лечебнице, возведенной в 1905–1908 на средства российского правительства и на пожертвования афонских обителей. По традиции, настоятелями этого храма были иеромонахи афонского Пантелеимоновского монастыря.

Эмигранты, однако, мечтали о собственном приходском храме и в конце 1920-х создали оргкомитет, который вскоре получил благословение местного митрополита. В 1929 Комитет лагеря (его председателем был генерал Виктор Дмитриевич Путинцев) приобрел один из бараков у Первого строительного общества, владельца Харилау.

Беженскую церковь украшали всем «миром». В нее отдавали вывезенные из России иконы, немало образов пожертвовали афонские монахи. Андреевский скит пожертвовал облачения, Ильинский — большой храмовый образ. Утварь и иконостас взяли из походной церкви Русского экспедиционного корпуса на Балканах. Часть убранства поступила из вышеупомянутого Дмитровского храма, который в 1930-х вместе с лечебницей отошел городу. В 1930 новая церковь была освящена.

Ее главным украшением стал великолепный иконостас, исполненный на Афоне в начале XX века и состоящий в основном из образов русских святых. Прежде он украшал кладбищенскую церковь Пантелеимоновского монастыря и в 1949, когда пришел в ветхость походный иконостас, был пожертвован в храм.

Первым настоятелем храма стал прот. Иоанн Турский (ум. 1956), живший с 1926 в Салониках и первоначально служивший в церкви при лечебнице. Он считал себя клириком Русской Православной Церкви заграницей, тогда как официально приход подчинялся местной епархии Элладской Церкви, и эта двойственность сохранялась до 1960-х годов.

В 1944 приход от о. Иоанна принял о. Борис Симеонов, в 1950 переведенный в русскую церковь в Пирее. Затем попеременно его окормляли святогорские иеромонахи, а с 1966 — о. Александр Паркосидис из русских греков. При всех настоятелях бессменной старостой общины служила Анастасия Добровольская (ум. 1980).

В 1953, по рисунку прихожанина А. Г. Белофастова, местный зодчий Иоанн Капагиридис пристроил к храму изящную колокольню. Главный шестипудовый колокол для нее, отлитый некогда в Ростове-на Дону, прислала афонская келлия свт. Николая Чудотворца, именуемая «Белозерка». В конце 1950-х в правой части здания был устроен придел свв. Космы и Дамиана с небольшим иконостасом, тоже афонской работы.

На весь город храм славился своим великолепным хором, которым с первых дней руководил регент и псаломщик Георгий Николаевич Цыганков (ум. 1987).

В 1968 Русский был лагерь ликвидировали — в Харилау началось массовое жилое строительство. К тому времени многие эмигранты перебрались в другие районы города и даже в другие страны. Оставшихся переселили в специальное общежитие, довольно далеко отстоявшее от церкви. Первое поколение «левкороссос» вымирало, их дети легко ассимилировались, и жизнь русского прихода стала угасать. В конце 1980-х настоятелем был назначен греческий священник, и службы на церковнославянском прекратились. Тем не менее, горожане до сих пор называют храм «экклезия руссики», т. е. «русская церковь».

В квартале Каламарья, примыкающем к Харилау, есть кладбище, часть которого в 1920 е городские власти отвели для «Русского лагеря». Эта часть находится в западном конце погоста — могилы окружены оградами, которые греки не ставят. Русские, нарушая правила о переносе усопших через какой-то срок в общую «костницу», этого не делали. Всего на русском участке погребено около трехсот человек, в их числе много военных: генералы В. Е. Кириллов (ум. 1943), В. Д. Путинцев (ум. 1939), полковники И. М. Акимов (ум. 1940), В. И. Баран (ум. 1942), В. М. Войцеховский (ум. 1929), А. П. Перекрестов (ум. 1939) и другие.

Еще один русский мемориал находится на кладбище Зейтинлик, самом большом воинском кладбище в Греции, где покоятся двадцать с половиной тысяч солдат Антанты, павших в 1915–1918 на Македонском фронте, среди них — около четырехсот русских. На их могилах поставлены типовые мраморные кресты с именами павших и порядковыми номерами. Надписи сделаны вязью по старой орфографии.

На сербском участке кладбища стоит надгробный храм в византийском стиле, возведенный в 1926–1936 по проекту русского архитектора-эмигранта Н. Краснова. Он был торжественно освящен 11 ноября 1936, в очередную годовщину подписания перемирия с Германией.

В 1930-х среди русских эмигрантов в Греции возник замысел возвести на русской части кладбища свой храм-памятник. Союз русских эмигрантов Македонии и Фракии распространил соответствующее воззвание; в Афинах был учрежден Комитет по сбору пожертвований. Однако малоимущие беженцы не смогли собрать достаточно средств, а вскоре началась Вторая мировая война. Тем не менее, русский участок на кладбище Зейтинлик и сейчас содержится в образцовом порядке. В 2000 российское консульство в Салониках поставило на нем памятный обелиск (скульптор Георгий Кикотис) с надписью на русском и греческом языках.

Церковь в Салониках — это памятник русской эмиграции XX века, причем находящийся на ее периферии, которая до сих пор мало изучена. По этой причине храм включен в книгу, хотя художественные его достоинства незначительны. Трудным было то время, бедной была Греция, принявшая русских беженцев, но сильна была их вера, которая не могла обойтись без храма, пусть очень скромного, но одухотворенного молитвой, звучавшей в нем по-церковнославянски более полувека.

Адрес: οδός Μυσιρλή, 34, Χαριλάου, Θεσσαλονίκη

Библиография:

* ЦГАРФ. Ф. 6343. Оп. 1. Д. 231; Архив церкви: метрические книги, переписка, финансовые отчеты (Салоники); Архив Союза русских эмигрантов Македонии-Фракии (Салоники).

Талалай М. Русские захоронения на военном кладбище Зейтинлик в Салониках. СПб., 1999.

Талалай М. Русский Афон. М., 2003. С. 144–147.

E. Κουτούπα. Η ρωσική παροικία της Θεσσαλονίκη από το 1920 μέχρι σήμερα. Θεσσαλονίκη, 1985. (А. Кутупа. Русская колония в Салониках с 1920-х годов и до наших дней). Курсовая работа на истфаке Салоникского университета.

Α. Γαληροπούλου. Η παρουσία των ρώσων στη Θεσσαλονίκη κατά τον Πρώτο Παγκόσμιο Πόλεμο (А. Галиропулу. Русские в Салониках в Первую мировую войну) // Συμπόσιο «Η Θεσσαλονίκη μετά το 1912». Θεσσαλονίκη, 1986. (Труды симпозиума «Салоники после 1912 года»)

Приложения:
Связи:
География:
Составители:
Источник:

Русские храмы и обители в Европе / Авт.-состав. В. В. Антонов, А. В. Кобак. СПб.: Лики России, 2005.

Дата ввода:

04.12.2013